- Кажется, мы отстаём от группы! – немного волнуясь обращаюсь к Лене – своему поводырю. – Речь экскурсовода становится тише, шарканье группы я уже не слышу. - Да, отстаём. Я уже тоже волнуюсь. Тут темно, а фонарик плохо светит. – Лена всё сильнее тянула меня за руку. - Ах, Иван Владимирович, ну зачем вы меня уговорили на эту экскурсию в катакомбы? Могли бы в путеводителе всё прочитать… Лена осеклась и остановилась. Я машинально втолкнулся в неё. - Ой! Иван Владимирович, простите, совсем забыла, что вы незрячий. Простите, простите! - Прощаю, конечно! – невинное столкновение с Леной было очень приятным. Женская мягкость! Цветочный аромат среди сырости катакомб. Неожиданное удовольствие посреди беспокойства! От приятных чувств отвлёк взволнованный возглас Лены: - Ступеньки, Иван Владимирович, вверх, штук двенадцать, крутые, разбитые и, кажется, сырые. Я не смогу тянуть Вас вверх, давайте сами. Слева стенка. Держитесь за неё при подъёме, а наверху я Вас встречу. Я постучал тростью по стене, по ступенькам. Всё так. Зашагал вверх насколько мог быстро. Лена стучала каблучками где-то выше. Их-у-ух… - раздалось сверху. Затем какой-то удар, шум, что-то мягкое и массивное ударило меня по ногам, выбило их из-под меня. Я полетел лицом вперёд обо что-то больно ударившись лицом. Вокруг стало тихо, лишь где-то впереди ещё слышался голос экскурсовода: «…партизаны старательно замуровывали крупные ходы, чтобы немцы…». Но и этот голос скоро окончательно стих. К непроницаемой темноте, в которой я жил, добавилась такая же непроницаемая тишина. Болело лицо. В руках была каменная сырость. Всё это сбивало с толку и не давало понять, что случилось? - Лена, - позвал я. - Лена! – тут я понял, что случилось, что такое мягкое сбило меня с ног. – Лена-а-а-а! – закричал я оборачиваясь назад. На мой крик ответила только та же кромешная тишина. Наверное, я терял сознание, так как не помню, как ко мне… к нам пришли. Я слышал негромкие голоса рядом, меня кто-то обнимал и гладил по щеке, чем-то мягким промокал нос: - Иван Владимирович… Иван Владимирович… - знакомый голос. - Иван Владимирович… Иван Владимирович! Это был голос Лены. В темноте. Во рту металлический привкус. Спиной я ощущал холодные камни, а в руках было что-то тёплое и мягкое. И цветочный аромат среди сырости. Лена. Я обнимал её. Но мы уже были не одни.