- Тёплый! В бытовку! – по казарме разнёсся чей-то зов. Тёплый – мой товарищ – сегодня дневальный, чертыхаясь бросает швабру и идёт в бытовую комнату. Я с интересом иду с ним. В бытовке около маленькой тумбочки с сапожными принадлежностями стоит каптёр Тюлень, то ли злой, то ли раздражённый. - Тёплый, ты принадлежности укладывал? – уверенно вопрошает Тюлень такая пальцем в тумбочку. - Я. – отвечает Тёплый, в голосе слышатся недоумение и вопрос. - Бери табурет, садись. Тёплый присаживается на подпихнутый мной табурет. Интереса у меня становится всё больше. Сапожная лапа, сапожная тумбочка с принадлежностями и инструментами. Что тут может быть такого этакого, из-за чего обычно флегматичный Тюлень начал активничать? - Читай, что написано на нижнем ящике? - Инструменты, - уверенно произнёс Тёплый не читая. - Вдвигай ящик. Что видишь? Тёплый выдвинул ящик. Убедился, что в нём молоток, пара ножей, брусок для заточки. - Инструменты на месте. - Читай, что написано на среднем ящике? – твёрдо потребовал Тюлень. - Каблуки. – Тёплый выдвинул ящик доверху набитый новыми каблуками. - Читай, что написано на верхнем ящике? – также твёрдо продолжил Тюлень. - Гвозди. – Тёплый выдвинул верхний ящик доверху набитый новыми каблуками. - И где гвозди? – к твёрдости голоса Тюленя добавилась назидательность. - Да вот они! – Тёплый вытряхнул из ящика несколько каблуков, достал пригоршню сапожных гвоздей. - А если в ящике должны быть гвозди, как написано, то что в нём делают каблуки?! Тёплый смутился. - А куда мне было их девать? Ты каблуков выдал много, в один ящик не влезли, я и засунул лишние к гвоздям. - Ты в армии или где? – взвизгнул Тюлень. – На ящике написано «Гвозди»! Какого хрена в нём делают каблуки? - Ну… куда их было девать?.. Я… - Ты мне обратно лишние не мог отдать? - Ну… мог… а зачем? Их всё равно сегодня-завтра все используют. - Затем, что я ответственный за порядок в бытовке. А из-за этой херни мне старшина пистон только что вставил и увольнения завтра лишил! - Ну… Тюлень… - Тёплый раскис сидя на табурете, не зная что сказать вопросительно уставился снизу-вверх на Тюленя. Ситуация неоднозначная. «Хо-хо», - говорю себе шёпотом и переминаюсь с ноги на ногу. Видимо это было громко, потому что Тюлень уставился на меня, наверное, только сейчас заметив моё присутствие. - В общем так, будем всё запоминать руками. – Тюлень снова повернулся к Тёплому. – Начинаем упражнение! Выдвигаешь нижний ящик, громко кричишь: «Инструменты», задвигаешь ящик. Выдвигаешь средний ящик, громко кричишь: «Каблуки», задвигаешь ящик. Выдвигаешь верхний ящик, громко кричишь: «Гвозди», задвигаешь ящик. И начинаешь снова с нижнего ящика. И так пока я не вернусь и не дам команду прекратить. - Тюлень, да нах… это нужно? Я всё понял! - Что ты сказал? Тёплый чуть замялся. Всё-таки Тюлень был на две головы выше него, да ещё зол. - Зачем это нужно? Я всё понял! - Нет, повтори тот… первый вопрос! - «Зачем…», - уверенно повторил Тёплый и добавил: - Это у меня дикция такая. Глаза Тюленя округлились, рот тоже. Тюлень сгрёб Тёплого в охапку, бить не стал, но гнул его, тряс и трепал. Тёплый не сопротивлялся. - Ух, сука, какая… Я тебя поломаю… Минуты через три, когда Тюлень явно устал, он выпустил Тёплого из объятий. Наступила тишина, а потом дикий хохот в три горла.