- Ты молодец, Кати. Молодец. Героиня. Пельгрин сжал ее руку. Она хотела ответить, что она здесь, слышит его, но тело отказывалось повиноваться. Он помолчал. В оглушительной тишине пищали приборы в ритме ее пульса. - Моя армия выросла в полтора раза и все это сделала ты! Подняла миллионы вдов. Немыслимо. Женщины штурмовали военкоматы, ты бы это видела. СМИ просто взбесились. - он усмехнулся и крепче сжал ее руку. - Хотя, тебе лучше не смотреть репортажи. Эти стервятники будут кричать любую ересь, лишь бы деморализовать, но твои вдовы справились. И ты справилась. Я выиграл сражение при Тигарден только благодаря тебе. Шаги застыли где-то далеко. Стук в дверь, и кто-то вошел. Мерно, спокойно, не военный, возможно, врач. Он сказал что-то тихо, почти шепотом, Катиша не разобрала слов, только ощутила, как Пельгрин до боли сжал пальцы. - Все будет хорошо. Я тебе обещаю. Я обещаю... Кати, мне нужно ещё кое-что. Мне нужно, чтобы ты вернулась ко мне. Мне нужно, чтобы ты выступила с речью, вдовы - те, что остались, - они должны принять двенадцатичасовой рабочий день. Если экономика рухнет, проиграют все. Не только я, но и они. Этот флот сожрал просто все, я в минусе на годы вперёд. И личный состав, его качество сильно упало. Раньше я обходился пятнадцатью тысячами личного состава, теперь мне нужно двадцать пять. А у меня три театра военных действий и двадцать пять нужно на каждый.