Однажды в марте я поставила на себе опыт: неделю записывать, что происходит, и не подписывать, как это называется. Сердце стучит. Пальцы ищут телефон. Горло сжимается на слове «мама», когда его произносит кто-то в очереди за мной. Оказалось, что чувство держится на прилагательных, как мышца на кости. Убираешь «тяжёлый», «пустой» — и остаётся набор движений. Дыхание. Взгляд в окно, потом на часы, потом снова в окно. Рука тянется к затылку и чешет, хотя там не чешется. Вечером я перечитывала протокол и не узнавала автора. Сегодня задание просит то же, только на бумаге и с подсчётом. Я села. К сотому слову пальцы начали искать «ясный», «свой». Заметила: мозг подсовывает прилагательное ровно там, где не хочет смотреть дальше. Скажешь «день пустой» — и тему можно закрыть. Не скажешь — придётся описывать, что ты делал в этот день с пустотой. Ходил из комнаты в кухню и обратно, открывал холодильник, закрывал, открывал. Считал кафель над раковиной, сбился, начал заново. Дошла до трёхсот сорока. Дальше не пошло: наткнулась на слово «мама» в списке покупок, и рука снова к затылку. Записала и это. Список лежит рядом: лук, спички, батарейки для весов.